Часть 3. "Эребор"

На втором курсе университета я перевелся в группу "ЭВМ", где изучали "ЭВМ, системы и сети". То есть, я думаю, что изучали. Так мне рассказывали. Потому что примерно в то же самое время я нашел в г. Калуге клуб ролевых игр "Эребор" (привет Джу!), который, в сущности, заменил мне и школу, и дом (что окончательно взорвало мои отношения со стариками). Во всяком случае, дома я бывал только для приема пищи и сна. В университете немногим чаще. В клубе было вообще всё - были люди, которые читали те же книжки, которые любили тех же "менестрелей", которых вставляли те же романтические картинки, и так далее. Причем люди эти были довольно разные. Старше и младше, парни и девушки. Чуть ли не впервые я начал разговаривать с девушками. Это было возможно, потому что у меня с ними появился общий интерес. Т.е. до тех пор я не мог с девушками общаться потому, что любая попытка контакта с моей стороны воспринималась как громкое, "на всю улицу", декларирование своего сексуального интереса. Ну, это, можно сказать, одновременно и ошибочно, и очень точно. Ошибочно, потому что можно, теоретически, с женскими людьми о чем-то другом тоже общаться. А точно - потому что практически, "на самом деле", такое почти никогда не получается. Ну, не у таких молодых людей, во всяком случае.
Ну а кроме чисто социальных процессов, в клубе шли и процессы творческие. Сублимация или нет, но это было интересно и красиво, занимало ум, приносило интеллектуальное, эстетическое, творческое удовлетворение. До сих пор это время/место вспоминается как самое эмоционально насыщенное и счастливое (безотносительно того, какую ценность присваивать счастью и богатству эмоций).

Там же, в "Эреборе", я в первый раз сыграл - в жизни, а не в ролевой игре - роль "младшего брата" или "ученика" (можно сказать, в каком-то смысле слова, "сына") - роль, которую я с тех пор несколько раз доигрывал в других условиях. В "Эреборе" я впервые обрел друга (Макс Н.), на несколько лет старше меня, который занял позицию старшего товарища, брата и учителя - точнее, я для себя поставил его в такую позицию. Подобного рода отношения - обычно, конечно, односторонние - у меня случались и потом. Много позже у Фрейда я прочел очень тронувшие меня воспоминания о том, как он был ребенком неудовлетворен образом своего отца (есть например известный случай про шапку, которую в его присутствии сбил с головы Якоба Фрейда какой-то антисемит, и потом заставил его сойти с тротуара на улицу). Фрейд писал, что он хотел, чтобы его отец был великий вождь и учитель, как Моисей. Позже я взял за гипотезу, что у меня тоже есть подобная неудовлетворенность и похожая мотивация, которая и заставляла меня искать достойный объект для подражания.

Ещё одним важным эпизодом в моей жизни стало университетское знакомство с Димой М. Дима лично мало повлиял меня, но случайные и почти незаметные контакты с ним в дальнейшем послужили началом для довольно больших вещей.

( Comments |Comment on this)